Хали (baro_drom) wrote,
Хали
baro_drom

Categories:

Просто хочу рассказать

Год назад умерла моя подруга Надя. По-дурацки, прямо скажем, умерла, но человеку в принципе никто не гарантирует разумной смерти, так что угореть во сне после пятничной вечеринки Надюха имела полное законное право. Дальнейшее развитие событий, по идее, должно было выглядеть примерно так: пожарные тушат возгорание в общем тамбуре, обнаруживают останки хозяина квартиры, который сдуру открыл дверь посмотреть, что там такое в тамбуре происходит, потом обнаруживают в комнате ещё одно тело и передают инициативу полиции. Полиция путем несложных следственных действий устанавливает личности покойных, присваивает происшествию статус бытового или криминального, по окончанию следствия закрывает дело или передает выше, параллельно оповещая родственников погибших о печальном событии. Родственники опознают останки, горюют и ждут разрешения на похороны.
Я не знаю, насколько часто эта типовая схема превращается в эпизод из фильма Кустурицы, но у нас вот превратилась. На всякий случай расскажу по порядку – для кого-то это будет окно в жутковатый параллельный мир, для кого-то банальная история из длинного ряда аналогичных, кому-то, не дай бог, пригодится информация.

Нашей дружбе с Надюхой было много лет – больше двадцати, часть которых пришлась на девяностые, когда от друзей часто требовалось чуть больше, чем переписка в соцсетях и совместный шоппинг по субботам. Мы считали друг друга своей командой и знали, что артелью батьку бить веселей, так что на работу старались по возможности устраиваться вместе. Год назад мы осели в одной конторе, где Надюха подвизалась курьером, а я начальником отдела доставки.

В пятницу вечером после трудового дня я поехала домой, а Надюха в гости. Ничто, как водится, не предвещало. В субботу мне позвонила общая знакомая и растерянным голосом сообщила, что точной информации у нее нет, но тут в соседнем доме пожар и люди говорят, будто бы незадолго до того видели Надю с хозяином сгоревшей квартиры, а телефон Нади не отвечает, и нельзя ли с этим всем что-нибудь сделать, а то тревожно. Я испытала положенный в таких случаях комплекс эмоций и стала исследовать вопрос. Остаток субботы и воскресенье обзванивала последовательно все имеющие отношения к таким делам службы: дежурную часть, больницы и морги. Ожидаемо не узнала почти ничего – кроме того, что дежурный районного ОВД вообще не в курсе про пожар на участке.

Удалось разыскать телефонный номер той женщины, к которой Надюха собиралась в гости в пятницу. Женщина оказалась сильно нетрезва и общалась неохотно, но примерную картину случившегося обрисовала: Надя пришла к ней, нетрезвой женщине, потом пошла к нему, козлу, а потом они там все сгорели и в виде обугленных скелетов были отправлены в ментовский морг, куда ее, нетрезвую женщину, не пустили, несмотря на выраженную готовность опознать погибших. Теперь у нее стресс и звонить ей больше не надо.

Сводка МЧС, меж тем, уверенно сообщала, что на месте происшествия обнаружено одно мужское тело, а больше никто не пострадал. Утром понедельника количество мужских тел в сводке возросло до двух, а дежурная следственного морга после долгих уговоров созналась, что одно тело женское.

С набором этих интригующих фактов я пришла на работу и подключила к процессу начальство, рассудив так, что поддержка организации в данном случае компенсирует отсутствие родственных связей. Начальница позвонила в районный отдел и сказала, что имеет полезную для опознания погибших информацию. Дежурный на этот раз оказался в курсе, выразил соболезнования и продиктовал телефон следователя Имярекова. Следователь Имяреков звонку не обрадовался, а скорее даже напротив – расстроился и предложил не соваться в дела полиции, а то будут большие проблемы. После чего разорвал соединение и на контакт больше не шел.

Мы немного подумали, сочинили заявление о пропаже сотрудника, оформили бумагу исходящим номером и печатью, и я поехала общаться с неприветливым следователем лично.

Г-н Имяреков моему визиту обрадовался ещё меньше, чем звонку, и дальнейший, примерно часовой, разговор вел на повышенных тонах. Интересовался, что сподвигло меня обращаться в полицию и понимаю ли я, какие последствия необратимо падут мне на голову за дачу ложных показаний. Привычно включив девочку-дебила, я на пальцах растолковала мотивацию гражданина и налогоплательщика, идущего в полицию с заявлением о пропаже человека. Уровень децибелов в кабинете ещё слегка вырос, но девочка-дебил намеков не понимала и занудливо твердила: «Я – начальник отдела доставки. У меня в вашем районе пропал курьер. Примите заявление». Холеричный следователь Имяреков в какой-то момент не выдержал сгустившейся атмосферы арт-хауса и вызвал ещё какого-то анонимного следователя, зловеще предупредив, что тот меня сейчас допросит, и я конкретно пожалею вообще обо всем.

Очевидно у нас со следователем Имярековым сильно рознились представления о природе вещей, потому что никаких кровавых ужасов не последовало. Я заново рассказала историю о пропавшем сотруднике, оставила телефон Надюхиной московской племянницы, заодно наврала про ужасный характер начальства, волею которого я оказалась здесь с заявлением, и попросила выдать какую ни на есть бумажку с печатью и подписью для отчета, не то меня, ясен пень, уволят без выходного пособия. Анонимный следователь проникся и размашисто начертал в ответ на наше заявление запрос в отдел кадров – чтоб, значит, организация предоставила копии всех имеющихся документов на Надюху. Подписался и печать поставил, добрый человек.

Таким образом обнаруженное на пожаре неопознанное тело без документов из абсолютного небытия переместилось в поле документооборота. Я не утверждаю, что всё могло сложиться иначе, но в таких делах лучше слегка перестраховаться – учитывая, как легко перепутать один труп неизвестной женщины с другим. Особенно если один из них обнаружен на пожаре в неблагополучном районе, в квартире, где постоянно тусовались местные люмпены (да, Надюха выбрала не самую подходящую компанию для пятничного отдыха, но это в целом никак не должно было ущемлять ее посмертные права, верно?).

Дальше все пошло почти без заминок: вызвали на опознание племянницу, составили положенные акты, и в какой-то момент из следственного морга сообщили, что Надю можно забирать и хоронить. Только сначала надо получить разрешение у следователя, желательно побыстрее, а то место в холодильнике только для материалов дела, знаете ли, бесплатное. Тут выяснилось, что г-н Имяреков нас хорошо помнит, но выдать разрешение не может – он передал дело в следственный комитет. Повеяло уже привычным арт-хаусом, но мы не стали обострять отношения ещё больше и поехали с племянницей Кирой куда послали.

В районном следственном комитете нас выслушали и спросили, не путаем ли мы чего. Следователь Имяреков никакого такого дела не передавал – да, в общем, и не должен был. Милая брюнетка-делопроизводительница нам всячески сопереживала, но помочь ничем не могла. Где-то в отдалении шерстяной волчара Имяреков мстительно потирал мощные лапищи. Возникла драматическая пауза. В этот момент мир вспомнил о неизрасходованном лимите чудес справедливости, распахнул дверь кабинета начальника и изверг оттуда солидного черноволосого мужчину, который окинул опытным взглядом миндалевидных карих глаз обстановку и спросил, что тут происходит. Распахнув навстречу не менее миндалевидные карие глаза, я обрисовала проблему. «Кто вас сюда направил?» - уточнил обитатель кабинета. «Следователь Имяреков», - сказали мы с Кирой и брюнеткой-делопроизводительницей хором. «Имяреков?! Уж не тот ли это мудак Имяреков, который два месяца назад потерял материалы по делу Иванова Иван Иваныча?! Гуля, выдай этим людям все бумаги, а Имяреков пусть сам потом разбирается!» - оперным баритоном воскликнул большой человек и величественно уплыл вдаль по обшарпанному коридору.

На этом наше с Надюхой последнее приключение практически закончилось. Деньги на ритуальные мероприятия собрали всем миром, прах развеяли с самолета над Окским заповедником, где в 2010 году Надюха в составе бригады волонтеров доблестно защищала лес от огня.

А как г-н Имяреков закрывал дело, не имея на руках финальных документов, я не знаю.
Tags: общество мёртвых поэтов
Subscribe

  • Мемориальная мимоария

    Сегодня я перестала быть официальным опекуном - Вениамину исполнилось 18 лет. Не могу не разразиться по такому поводу длинным сказом о минувшем. В…

  • Как я провел это

    Отпуск в этом году получился насыщенный впечатлениями. По дороге к морю видела из окна автобуса двух детенышей косули на опушке леса. Взрослых…

  • 8 апреля

    Сегодня 8 апреля и с вами ежегодный поздравительный дайджест. Благодаря интернету, в котором прилежный юзер может отыскать практически что угодно,…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 28 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

  • Мемориальная мимоария

    Сегодня я перестала быть официальным опекуном - Вениамину исполнилось 18 лет. Не могу не разразиться по такому поводу длинным сказом о минувшем. В…

  • Как я провел это

    Отпуск в этом году получился насыщенный впечатлениями. По дороге к морю видела из окна автобуса двух детенышей косули на опушке леса. Взрослых…

  • 8 апреля

    Сегодня 8 апреля и с вами ежегодный поздравительный дайджест. Благодаря интернету, в котором прилежный юзер может отыскать практически что угодно,…